Смерть Цезаря, до и после — выпуск 10

В прошлом выпуске мы рассказали о том, как гражданская война в Республике пошла на очередной виток — войска триумвирата вовсю готовились к высадке в Греции, где окопался Брут и Кассий, до того успевший очень полезно и познавательно поколесить по многим восточным провинциям.

Кассий, получив смску от напарника, засобирался на выручку. Проведя блиц-совещание, они решили крепить оборону на местах и брать противника измором. Для успеха первой части плана Кассий сгонял на остров Родос, опрометчиво решивший поддержать триумвират, где после штурма учинил небольшую массовую казнь, а также потребовал с побежденных контрибуцию не то что конских, слоновьих размеров, от которой экономика острова так и не оправилась.

Все во имя демократии, естественно — именно так завоеватель и мотивировал смысл своих действий.

Брут тем временем сокрушал оппозиционеров в Турции, разнося по кирпичику древний город Ксанф. Подавив все возможные непонятки в тылу, заговорщики приступили к выполнению второй части задуманного. Могучий флот республиканцев курсировал в море в надежде воспрепятствовать высадке орды триумвирата, ну а если не получится — то хотя бы пресечь им подвоз продовольствия и подкреплений. Как и ожидалось, с первым не вышло — кое-как избежав возможной неприятной встречи в море, многочисленная армия новоиспеченных тиранов поползла навстречу противнику. Зато с блокадой все сложилось лучше для Брута и Кассия — их мореходы были многочисленней и опытней, и для флота Антония и Октавиана настали тяжелые времена, полные печали и чего-то соленого на лице.

Орда, тем не менее, перла вперед, невзирая на отсутствие богатой добычи, плохую погоду и тяжелые условия похода. Заговорщики отступали на восток, надеясь взять атакующих измором по примеру Кутузова, но их подвел личный состав. На убийц Цезаря шли его ветераны, опытные и злобные легионеры, боготворившие своего погибшего полководца. «Под Кандагаром» они видели еще и не такое, поэтому ради мести тираноубийцам могли немного и потерпеть. А вот на более-менее вменяемых по старшинству должностях у республиканцев были молодые аристократы, полные решимости завоевать в бою неувядаемую славу защитников демократии и идеалов старого Рима. Оно в целом-то неплохо — иметь мотивированных бойцов, но не в том случае, когда тебе нужно долго отступать.

Кульминация наступила под городом Филиппы. Антоний с Октавианом, к тому времени очень удачно заболевшим и передвигавшемся исключительно на носилках, уперлись в два укрепленных лагеря по обеим сторонам дороги и встали поодаль, в местных болотах — места лучше не нашлось. Начались мелкие стычки между армией Антония и Кассия, которые полностью истощили терпение юной аристократии в лагере Брута — ну завидно же! 3 октября 42 года до нашей эры, без приказа, никого толком не поставив в известность, армия Брута с воплями побежала крушить отряды Октавиана (он ближе был) и зарабатывать себе очки репутации.

Гай Юлий к тому моменту все еще не оклемался, Антоний вообще не сразу понял, что за кипеш творится у соседей, поэтому своей цели нападавшие достигли — ставку противника разнесли в клочки, самих вражин порубили в мясной салат, а бедного Октавиана лишили любимых носилок, да так, что он едва успел уковылять вглубь болота.

Марк Антоний изрядно поразился произошедшему, как, впрочем, и его непосредственный соперник Кассий, которого ни о каком плане атаки не уведомили за его отсутствием. Быстро прикинув расклады на поле боя, триумвир не стал дожидаться окончания мясорубки в лагере у Октавиана, вместо этого двинувшись всеми силами на Кассия. Тот поначалу думал, что это очередные мелкие «комариные укусы», которыми стороны уже обменивались какое-то время, и серьезность ситуации осознал далеко не сразу. Когда же до него дошло, что творится нечто крайне неприятное, было уже поздно — Антоний вовсю крушил его лагерь и нужно было отступать.

Отойдя на ближайший холм, Кассий судорожно оглядывался по сторонам, пытаясь понять, что ж происходит-то вообще?! Пейзаж вокруг был непригляден — со всех сторон могучие армии ожесточенно месили друг друга и грязь под ногами, причем расклад сил был совершенно непонятен. Брут, к тому времени пришедший в себя от удивления и постаравшийся хоть как-то упорядочить происходящее, попробовал подсобить своему напарнику и направил к нему отряд кавалерии, чтобы вытащить его с окруженного холма. В глазах же Кассия этот маневр получил совершенно другое значение. Не распознав своих (что неудивительно, обмундирование-то типовое), полководец счел, что битва проиграна целиком и полностью, Брута смяли — вон, там до сих пор режут кого-то, а к нему летит особая команда от Антония, которая сейчас возьмет его в плен, а потом передаст его своей мерзотной жене на пытки и поругание (про Цицерона-то все были в курсе). Поэтому, вдохновившись примером Котовского из известного анекдота, но не имея вилки под рукой, Кассий приказал рабу перерезать ему горло.

Наступление Антония тем временем полностью захлебнулось после прихода свежей пачки молодой крови от Брута, и он почапал в болото по следам Октавиана, отсиживаться и собирать уцелевших.

Республиканцы могли бы праздновать победу, кабы не близорукая решимость Кассия — она оставила многих в тягостном недоумении.

Далее Брут планировал действовать по старой задумке — укрепиться в лагере и ждать, пока у войск триумвирата окончательно не кончатся припасы. Погода ухудшалась, зима была близко, плюс флот республиканцев окончательно раздолбал корабли противника, и Антонию с Октавианом в скором времени действительно пришлось бы переходить на подножный корм. Пытаясь убедить армию в эффективности этого замысла, Брут пообещал всем солдатам кучу денег и заодно половину Греции на разграбление (греки сильно обиделись, не ожидав такой подляны от демократов-освободителей, но их мнение никого не волновало). Не вышло. Воодушевленные итогами первой битвы, и офицеры, и рядовой состав требовали продолжения банкета и ждать зимы совершенно не хотели.

Антоний и Октавиан к тому времени перегруппировались, укрепились и вовсю готовились к решительному сражению — им лучше всего было известно, что долго без припасов не протянуть, к тому же наклонность армии Брута решать все проблемы неистовым натиском к этому моменту стала ясна. Покойный Кассий, к тому же, пользовался куда большим авторитетом, да и опыт в сражениях имел побольше. Пользуясь тем, что он выбыл с поля, триумвиры, сидя в своем болоте, обратились к методам психологического давления, регулярно предлагая солдатам противника либо перестать тянуть кота за тестикулы и сдаваться уже, либо выходить из-за забора и сражаться по-человечески.

Тактика дала плоды. 23 октября армия Брута по старой методе набежала на лагерь Октавиана и Антония и тут же выяснилось, что без Кассия у республиканцев сильно проседает управление войсками. Заранее подготовленным ударом триумвират вынес противников и пришел уже к ним в гости — «освободители» были разбиты, и Антоний еще долго гонял их по греческим ландшафтам. Брут, сумевший отступить с 4 легионами, потерял их доверие и был вынужден последовать примеру Кассия. Диктаторы же, вопреки обыкновению, обошлись с солдатами побежденных очень мягко и по большей части включили их в свое войско, пообещав золотые горы. Особо ретивых, правда, пришлось казнить, ну да кого это когда останавливало.

Вторая битва при Филиппах поставила крест на Римской Республике. Октавиан и Антоний праздновали победу и нехорошо приглядывались к третьему триумвиру, Лепиду, голова Брута плыла в Рим в качестве доказательства победы, разоренные во имя демократии восточные провинции пытались восстановиться.

Что будет дальше?

Скоро узнаем.

History Fun для сайта «Италия для меня».

Поделись с друзьями!

Отзывы

О нас
Сергей Емелин

Как человек, сильно разочарованный историей в школе, в какой-то момент решил читать ее сам.
Почитав, понял, что хранить всё в себе никак нельзя — нужно делиться с окружающими во избежание переполнения мозга.
Теперь этим по мере сил и занимается, надеясь показать как можно большему количеству людей, что тот занудный бубнеж в школе/институте ничего общего с настоящей живой историей не имеет

Рейтинг@Mail.ru